Прочитайте, как обстоят дела у сайта Дневников и как вы можете помочь!
×
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: авторское (список заголовков)
00:49 

Eternal Wanderer...
Лучший в мире кинозал — это мозг, и ты понимаешь это, когда читаешь хорошую книгу.
Небольшая зарисовка, хотелось бы услышать мнения о ней.




***


Ранним весенним утром отец Клиф собирался на службу. Было солнечно, и пели птицы. В небольшой собор маленького городка ходили почти все жители. Отец Клиф был знаком со всеми. К нему часто обращались за разной помощью, но в основном это были просьбы выслушать. Жизнь в городе протекала спокойно и размеренно. Люди ходили на работу, в школу, колледж, смеялись, расстраивались, рождались и умирали. Собравшись, священник пошел в храм и, после всех приготовлений, начал принимать утреннюю исповедь. Люди шли со своими бытовыми проблемами, ничего серьезного не было: ни суицидов, ни воровства. Клифу нравилось такое положение дел. Он всегда был честным и порядочным человеком, даже когда еще не был священнослужителем. Он считал, что в больших и шумных городах сложно сохранить чистоту совести и легче впасть в пучину греха.
Итак, исповедь подходила к концу, когда в кабинку зашел мужчина, в котором святой отец узнал Мартина, учителя младших классов в школе, находящейся недалеко от храма. Даже через сетку. разделяющую их, было заметно, что он встревожен.
-Святой отец, – начал он, – я хочу признаться в страшном грехе, но я должен быть уверен. Что об этом никто не узнает, вы можете поклясться в этом?
-Я не могу давать клятвы – ответил священник – но тайну исповеди мне нельзя нарушать, это грех.
-Хорошо – удовлетворенно кивнул он – тогда я начну сначала, я так давно ни кому не рассказывал ничего о себе. Я и моя мать приехали в этот город, когда мне было около шести лет. Жили мы одни, об отце я ничего не помню, а мать даже не уверена кем он был. Она устроилась работать парикмахером, а меня отдала в школу. Мне нравилось получать знания и помогать другим одноклассникам, во многом из-за этого, я и выбрал в будущем профессию учителя. Мать получала не так уж много, но на жизнь нам хватало. После окончания школы я уехал учиться в университет. Совмещая учебу и работу, я получил профессию и вернулся сюда. Здесь устроился на работу. С матерью я виделся нечасто. Не то что бы у нас были плохие отношения, она хорошо обо мне заботилась, но сама при этом была мягкотелым человеком, и сколько я не пытался ее изменить ничего не вышло. Мне всегда было жаль ее, но ее слабохарактерность действовала мне на нервы. Я работал, иногда ходил в кино или театр, помогал в подготовке каких-либо мероприятий в школы или города, и даже было несколько коротких романов. В таком порядке прошло около десяти лет. На сороковом году жизни я узнал, что мать больна раком, и жить ей осталось около года. Тогда, я переехал к ней и стал за ней ухаживать. Я старался ее поддержать, и это помогало, вместо обещанного года она продержалась около двух. Последние несколько месяцев она жила уже, благодаря аппаратам жизнеобеспечения и страшно мучилась болями: просыпалась почти каждый час, впадала в состояние комы, бредила – и никакие таблетки и препараты ей не помогали. А я чувствовал себя таким беспомощным, что мне становилось тошно и хотелось что бы она, наконец, закончила свои мучения. И вот в один из немногих дней, когда она была в трезвом уме, она мне сказала: «Послушай меня, Марти, я так долго боролась, так долго цеплялась за жизнь, оттягивая неизбежный конец – тут она закашлялась – я очень устала, мне становится все сложнее, я хочу, что бы ты сделал для меня кое-что, пусть это будет последним желанием». Сейчас я думаю, сколько ей мужества потребовалось, что бы решиться на это. Может, в конце концов, она изменилась? Стала сильнее? Хотя, это уже не важно. Я выполнил ее просьбу. Я ввел ей морфий, двойную дозу. Она умерла во сне. Заснула и так и не проснулась. А обвинили в этом медсестру, которая помогала мне за ней ухаживать. Я убил ее и, не важно, что это была ее просьба, я убийца. Вот я это и сказал. Не мог больше держать в себе. Но я не хочу, чтобы из-за меня сел в тюрьму невинный человек. Мне страшно, святой отец.
Он опустил голову. Священник долго молчал, прежде чем заговорить.
-Ты действительно раскаиваешься, я это вижу и думаю, всевышний простит тебя – заговорил, наконец, он – однако, тебе стоит признаться в своем преступлении, та женщина, медсестра, не должна отвечать за твои поступки, ты ведь это и сам понимаешь. Марти, ты должен молиться, много молиться и тогда бог поможет тебе.
-Спасибо Святой отец – сказал Марти, вставая – я выполню ваш наказ.
После этого, весь день прошел спокойно, но из головы Клифа не выходила эта история и в душу закрались сомнения. «А правильно ли он сделал, ничего не рассказав властям?» - задавался он вопросом снова и снова. С одной стороны, тайну исповеди нарушать нельзя, да и Мартин, искренне раскаивался, с другой, Клиф ничего никогда не утаивал от других и был предельно честен сам с собой. Он почти не помнил мать Марти. Она была из тех людей, которые мало верили в бога. Священник видел ее раз или два, она приходила не мессу. Умерла же она два месяца назад.
Клифу разрывался между долгом обществу и долгом священнослужителя. В конечном итоге, он решил никому ничего не говорить. А через несколько дней стало известно, что Марти покончил жизнь самоубийством. Повесился в той самой квартирке, где они с матерью жили. Он оставил записку, в которой написал признание и шприц, которым он ввел лекарство, с отпечатками пальцев.

@темы: Авторское, Рассказ, Смерть

23:41 

Deacon.
Его клинок по прочности как вера и легкий как писателя перо
Когда октябрь, за дверь - ни шагу, итак ботинки напились луж.
Опять с зонтом поругался ветер, сцепились в драке без всяких нужд.
Сломались спицы, и зонт наказан, в прихожей хныча, стоит в углу.
Остывший ужин накрыт тарелкой, из всех - лишь вилка зовет к столу.

Сидишь с простудой, глотаешь кофе, уже не вечер, еще не ночь.
Газеты шепчут о чем-то мрачном, одно и тоже любя толочь.
Квадратный ящик, одетый в галстук, напялит маску "я-лучший друг"
И будет что-то болтать на ухо, не ради темы, а так, чтоб звук.
читать дальше

@темы: Авторское, Город, Грустное, Любовь, Мысли вслух, Стихи, Философия

22:29 

Deacon.
Его клинок по прочности как вера и легкий как писателя перо
Город гаснет перед рассветом, время вышло, лови такси.
Ночь уходит, дрожит, бледнеет. Не останется, не проси.
Тянешь руку, хватая сумрак. Шаг за шагом, под стук гвоздей.
Этот мир бесконечно скучен. Мир бесцветных, пустых людей.

Твой водитель зевнёт и спросит: "Адрес, детка!" Он знает сам.
В пятый раз точно в этом месте. Денег хватит. Хоть к небесам!
читать дальше

@темы: Чувства, Философия, Творчество, Стихи, Ревность, Разное, Разлука, Предательство, Настроение, Мысли вслух, Любовь, Литература, Книги, Город, Авторское

23:39 

Deacon.
Его клинок по прочности как вера и легкий как писателя перо
Он живет в алмазной долине и верит, что так будет всегда.
Он не считает время, и календарь худеет, не видя его глаза.
Он собирает крылья из билетов, что оставляют ему поезда,
И острием рассвета выцарапывает алые паруса.

Она живет в городе, где ночуют заблудшие корабли.
Здешний маяк постоянно ворует под вечер у солнца лучи.
Говорят,если мечта падает, то нужно поднимать её с земли,
Отряхнуть и продолжить искать алые паруса в ночи.

читать дальше

@темы: Авторское, Воспоминания, Город, Грустное, Книги, Литература, Любовь, Мифическое, Мысли вслух, Настроение, Предательство, Разлука, Разное, Стихи, Творчество, Философия, Чувства

21:58 

Сказка про Ивана-дурака и Осень

Julber
"Не говори мне sorry, душа моя, Я по-ангельски не говорю"(с)
«Послушай, Иванушка-дурачок,
Пусть Осень целуется горячо,
Но ты погоди –
За ней не ходи.
Кто знает, что ждет впереди».

Не слушал сестрицу дурак-Иван.
Не верил разумным ее словам.
За рыжей красой
Бежит он босой,
Чтоб ей возвратить поясок.

«Но помни, Иванушка-дурачок,
Следом за Осенью – всадник с мечом.
В старинной броне
На красном коне
Он следует тенью за ней».

Не слушал сестрицу дурак-Иван.
Ведь Осенью кружится голова.
Он к ней подбежал,
Так сильно прижал,
Что в сердце зарделся пожар.

«Ну, что ты наделал, Иван-дурак?
Неужто торопишься умирать?» -
Смеялась краса,
И слезы в глазах
Блестели как тень в образах.

Шептал ей Иванушка-дурачок.
Мол, дураку, даже смерть ни по чем.
«И пусть я не твой,
Но я за тобой
Отправлюсь и в холод и в зной».

Со взглядом уставшего палача.
Всадник, который все время молчал.
Вдруг вытащил меч,
Затем, чтоб отсечь
Иванову голову с плеч.

И толком не знают, чем канул день.
Какой-то безумец бродил как тень.
Но ходит молва,
Та битва была
Такой, что алела трава.

Вот Осень прошла, и исчез Иван.
Но где-то я слышал такие слова:
«В старинной броне
На красном коне
Он следует тенью за ней»

@темы: Авторское, Любовь, Мысли вслух, Настроение, Стихи, Творчество, Я

10:04 

Щенок

Первый рассказ, который я выкладываю в интернет. Очень интересно ваше мнение.


Моя семья была маленькой. Бабушка да я. Где-то далеко в городе жила моя мама, но бабушка говорить о ней не любила, а если говорила, то редко, да и то в нетрезвом состоянии. Она вообще молчаливая, если разговаривала, то почти всегда ворчала, отвечала нехотя и с досадой, поэтому я старалась с ней не разговаривать. Она часто пила, я вообще редко видела её трезвой. Обычно она сидела за столом на кухне, сгорбленная, угрюмая, обхватив коричневыми пальцами толстостенный гранёный стакан, сопела носом, ела картошку и лук и изредка разговаривала то ли сама с собой, то ли с закопчёнными и потемневшими от времени ликами икон, которые смотрели на неё со стены. Я их боялась и старалась на них не смотреть. Бабушка как-то рассказывала, что люди, изображённые на иконах, умерли мученической смертью, и мне казалось, что их застывшие глаза осуждали меня за то, что я жива. Иногда к бабке приходил какой-то страшный дед, хромоногий, заросший спутанной грязной сединой, в растянутой тельняшке и слишком большой куртке, и они пили вместе. Я его боялась больше, чем старых икон. Когда он приходил, я обычно убегала на улицу к соседу Павлику.
Павлик был старше меня на год и ходил в первый класс. Я ему всегда завидовала. С ним было весело, хотя его мама, завидев нас вместе, всегда забирала его домой и кидала на меня неодобрительные взгляды. У Павлика была большая рыжая собака и толстые, смешные, неуклюжие щенки. Как-то я уговорила его подарить мне одного, даже мама разрешила, но моя бабка, услышав собачье скуление, с ругательствами выкинула щенка на улицу, и я, размазывая слёзы по грязным щекам, вернула его соседу.
Вот так мы и развлекались – возились с щенками, строили шалаш в саду или ели огурцы. Ещё у Павлика была маленькая тележка, он привязал к ней верёвку, и мы по очереди катали друг друга, пока не улетели в овраг и все не ободрались. Тогда его мама отобрала тележку, побежала к моей бабке и начала кричать, чтобы она больше не пускала меня к ним во двор, что я чуть не угробила её сына. Бабка что-то проворчала, схватила меня за руку и запихнула в дом. Я забилась в угол на кухне, между голландкой и стеной, и беззвучно плакала.
По утрам я часто пролезала к Павлику в сад за огурцами или яблоками. Мне почти всегда хотелось есть. Бабушка готовила редко, только когда бывала трезвой. Но готовила она замечательно. Когда я вставала, в доме пахло пирожками, горячим хлебом или блинчиками. Мы пили чай из дешёвых старых пакетиков, смотрели старый маленький телевизор или альбом. На пожелтевших фотографиях была изображена молодая бабушка, незнакомые люди, а уже ближе к концу альбома моя мама. Я долго рассматривала её полноватую фигуру, какие-то странные яркие наряды, маленькое накрашенное лицо, обрамлённое ярко-белыми волосами. Бабушке это не нравилось, она начинала негромко ворчать себе под нос какие-то ругательства. Она не любила мою маму, наверно.
Маму я видела и наяву, но редко. Поэтому не забывала её лицо только благодаря этим фотографиям.
Она приезжала раза два-три в год. Сначала звонила на наш старый дребезжащий телефон, заросший паутиной от редкого использования. Бабушка разговаривала коротко и грубо, выражаясь непонятными для меня словами. Потом, нахмурясь, брала меня чуть ли за шиворот и тащила в ванную, по пути приговаривая:
- Мыться пошли… Приедет завтра… Вспомнила о нас, глядите… - видя, что я не понимаю, о чём она, бабушка начинала трясти меня за плечи: - Что смотришь? Ждёшь её, небось? А вот не жди! На черт ты ей не нужна! Шалава мать твоя, шалава! И ты такой же вырастешь!
Я не понимала значения этих слов, но на глаза почему-то наворачивались слёзы…
До приезда мамы я успевала разворотить косички, которые заплетала мне бабушка с таким остервенением, что кожу стягивало капитально.
Всё из того же угла, между голландкой и стеной, я наблюдала за встречей мамы и бабушки. Бабушка рывком открывала дверь, и около минуты они стояли молча.
- Проходи, - хмуро приветствовала её бабушка.
Мама молча, опустив глаза, заходила на кухню, ставила пакеты на стол и осторожно приседала. Она была одета и накрашена так же, как на фотографиях – ярко и странно, от неё по всей кухне разливался запах резких сладких духов. Я смотрела на неё снизу вверх, ожидая и боясь того момента, когда она меня заметит.
Но бабушка, захлопывая дверь, направлялась к моему углу, хватала за шиворот и толкала меня к матери со словами:
- Держи своё отродье! – и начинала ворчать, что я не вылезаю с этого угла, что тащу домой щенков, что часто убегаю из дома… А мама, оставляя на моих щеках следы помады и слёз, обещала привезти мне игрушечного щенка, расспрашивала, как дела, правда, я не отвечала. Я стояла, опустив голову, не зная, как относиться ко всему этому. Улучив момент, когда мама отворачивалась, я срывалась и убегала в бабушкину комнату или на улицу, забивалась в угол потемнее и старалась скулить как можно тише. Я боялась. Боялась, что меня найдёт бабушка и выволочет на свет, называя непонятными словами, боялась маминых поцелуев, остававшихся на лице странными кроваво-красными следами, боялась, что они сейчас опять начнут пить, боялась тёмных икон, которые безмолвно проклинали наш дом.
Потом они действительно начинали пить… Сначала пили просто так или за встречу, а где-то час спустя бабушка с угрюмого ворчания переходила на громкие упрёки, сыпавшиеся на мамину опускавшуюся голову. Потом бабушка вконец зверела…
- Пью за то, чтоб ты, шалава, под забором подохла! Осрамила! Нарожала! На всю деревню позор! Чтоб ты и твоё отродье к чертям провалилось!..
А потом уже к маминому плачу присоединялся бабушкин, и всё сливалось в один звериный вопль.
А бабка не зря пила за «под забором».
Однажды мать приехала без предупреждения. Я была на улице и поэтому увидела её первой. Она похудела и была вся покрыта странными красноватыми пятнами. У неё сильно поредели волосы. Даже не стала меня целовать, вытащила из сумки большого плюшевого щенка, отдала мне и, вытирая скопившиеся в глазах слёзы, ушла в дом.
В этот раз она жила у нас не два, не три дня, а уже целую неделю. С каждым днём она чахла. Бабушка всё так же ругалась, но теперь уже со слезами, крупными и злыми, и повторяла с подвыванием:
- Собачья жизнь… допрыгалась ты…уй…все подохнем…
Хорошо, что было лето и я могла целыми днями торчать на улице, иначе я бы просто не выдержала атмосферы в доме. Павлика на улицу не отпускали. Я ходила на речку, лазила по чужим садам, разговаривала с цветами или возилась с игрушечным щенком.
Всё это продолжалось мучительно долго. Мать жила уже целый месяц. Ночи стали холодными, вода в реке тоже. Трава и цветы вяли. Мама тоже увядала. Тело и лицо было покрыто странными струпьями, она мало вставала с постели. Бабушка почти перестала пить.
Мама долго мучалась и умерла осенью. Всё происходило на моих глазах. Было много непонятного для моего детского ума. Я даже не поняла, что бабушка имела в виду, когда сказала, что мать умерла. Было странно и противно смотреть на мамино синеватое и почему-то безносое лицо и редкие, отросшие у корней бело-жёлтые волосы. Она лежала в длинном тёмном гробу неподвижно, а под столом стоял таз с лиловой жидкостью.
Бабушка стала другой. Её лицо застыло и почернело, щёки ещё больше ввалились, фигура совсем сгорбилась. Она не пила.
Она была одета чисто и опрятно, так же одела меня, прибралась в доме, сняла и почистила иконы.
Потом в дом пришли хромоногий дед и незнакомые люди и стали выносить гроб на улицу. Я сидела в углу между голландкой и стеной, прижимая к себе плюшевого щенка и смотря на чистый лик, и мне казалось, что с иконы на меня смотрит мамино лицо.

@темы: Смерть, Рассказ, Негатив, Болезнь, Авторское

16:26 

Deacon.
Его клинок по прочности как вера и легкий как писателя перо
Его отравили.
Врачи говорят, бесполезно
Сидеть у постели, держать его руку, молиться.
Пора собираться в дорогу.
Жестоко.
Не честно.
Но если остаться, он стал бы невольно убийцей.

А он задыхался, хватаясь за горло. И слушал,
Как хлопали двери.
Звенели замки чемоданов.
читать дальше

@темы: Авторское, Болезнь, Воспоминания, Город, Грустное, Мысли вслух, Настроение, Несчастный случай, Предательство, Разлука, Разное, Смерть, Стихи, Творчество, Философия, Я

19:14 

Поверженный

Кира Блювштейн
вы либо крестик снимите, либо трусики наденьте
Аннотация: Яркие огни ночного города. Дорогие женщины и богатые мужчины. Мир, где правят деньги и сексуальность. Мир, родивший порок. Это всё давно окружает нас и мы настолько привыкли к законам этой жизни, что на вопросы о подлинных чувствах часто не находим ответа. Он точно знает, что такое любовь. Но в его жизни наступил такой момент, когда он многое отдал бы, лишь бы об этом никогда не знать.


Фил.
В свете фонаря серебрились и мерцали крупицы снега. Они вились под лампой так же, как летней ночью мотыльки и прочая мошкара.
«Всё одно», - подумал Фил и перевел свой взгляд на массивную железную дверь популярного в городе ночного заведения.
- И зимой, и летом…- вслух произнес он, доставая из пачки сигарету.
- …одним цветом – доллары! – подхватила с заднего сидения Вера, пьяно хихикнув.
Фил поморщился. Не тот уровень. Не те люди.
Но в последнее время не те люди стали его постоянным кругом общения. Бессменным, родным, любимым и ненавидимым, от которого невозможно было спрятаться.
Бывало, едешь один по городу домой – глаз сразу выхватывает знакомые вывески клубов, баров. Адреса накладываются друг на друга, вплетая в мысли пряные голоса девушек-диспетчеров. Стоит вступить в эту жизнь – уже никуда не денешься. Куда бы ты ни шел, где бы ты не жил.
читать дальше

@темы: Авторское, Воспоминания, Любовь, Разлука, Смерть, Чувства

00:09 

Занавес

Нарратор
Жизненные драмы случаются и у одиночек... С воображаемыми друзьями.
Занвес

@темы: Авторское, Рассказ

21:52 

Дрёмушка
Мы боимся сойти с ума. Но к несчастью для нас, мы все уже и так сумасшедшие.
Название: Одиночество
Автор: Дремка
От автора: зарисовка, навеянная погодой

И кто-то уйдет, а кто-то
Встанет под пули, но не предаст (с)
Fleur «Друг, который никогда не предаст»



Тихо, тихо… Ты слышишь, как безумие подкрадывается к тебе на своих тоненьких ножках? Тихо, мой хороший, тихо. Разве ты не слышишь, как стонет и мечется по покрывалу небес буря, и воет, воет за окном, так что хочется укрыться с головой теплым одеялом, как в детстве. А ты все сидишь, а бессонница уютно свернулась у тебя на кровати, делает вид, что спит, но ты то знаешь. Знаешь, что стоит тебе отвернуться, как она приоткроет глаза и будет усмехаться ровными рядами острых, тонких клыков. А ты все сидишь, сидишь, бездумно уставившись в окно. Кто ты? Ответь мне. Кто ты? Ответь,…нет, нет, не мне, ответь себе. Для чего ты живешь? Зачем проживаешь бездумно эти дни? Кто виноват в такой жизни? Разве не один лишь ты в ответе за свои поступки? Чего ты добился за свою жизнь? Почему ты молчишь? А, молчишь… А рука тянется к стакану со снотворным, стирающим память, дарящим долгожданное забытье и прощение. Прощение, которого ты не достоин. Да, да, не достоин. Ответь мне. Ответь, что ты делаешь, каждый вечер, возвращаясь домой? Хотя нет. Я и так знаю, можешь не отвечать. Зачем мне это? Пустое это все, неинтересное, неживое. Так не живут. Тихо свистит лихим разбойничьим посвистом ветер в окнах и гремит гром, оглушая тебя неожиданностью. Звон разбившегося стекла. Осколки, чуть блестят на полу в отблесках молний. Нет, не будет тебе забытья и прощения. Не будет тебе сна. Так и просидишь до серого рассвета. Тихо, тихо, мой хороший. Слушай, там, за окном, воет и стонет буря, молнии выдергивают тебя из воспоминаний, ветер свистит в щели окон. Сколько еще будет таких ночей? Ответ на этот вопрос знаешь только ты, не правда ли, мой хороший?

@темы: Рассказ, Болезнь, Авторское, Творчество

18:20 

Когда же конец?

Somat98
Мы на многое не отваживаемся не потому что оно трудно. Оно трудно именно потому, что мы на него не отваживаемся (с) Сенека
Текст содержит гомоэротические сцены. Читая дальше, Вы подтверждаете, что Вам уже исполнилось 18 лет.

Уже не больно, усталость и изнеможение во всем теле отодвинули болевой порок куда-то за грань понимания. Раны на теле хоть и кровоточат, но уже не болят пекущей и острой болью, а просто ноют. Солоноватый привкус крови во рту опротивел, кровь запекшаяся на потрескавшихся губах болезненно стягивает их, сильно хочется пить. Левая нога отнялась полностью, он не может ей пошевелить и кроме легкого покалывания в пальцах он никак не ощущает ее присутствия. Повязка присохла к глазам...

@музыка: Infected Mushroom – Vicious Delicious

@темы: Авторское

19:30 

Слаще ликёра

Кира Блювштейн
вы либо крестик снимите, либо трусики наденьте
Текст содержит гомоэротические сцены. Читая дальше, Вы подтверждаете, что Вам уже исполнилось 18 лет.

Моей огромной любви
Хватит нам двоим с головою...
Земфира, "Хочешь"


Солнце, будто нарочно издеваясь, ярко светило в окно, пытаясь согреть своими лучами лежащего на кровати молодого человека.
Жора лежал так уже вторые сутки. На спине, в джинсах и толстовке, вытянув руки вдоль тела и закрыв глаза.
Двигаться не было ни сил, ни желания. Даже из-за того, что яркие лучи били прямо в лицо, он не хотел поворачиваться.
В дверь постучали, а затем открыли. Это была мать.
-Нет, Володя, ты только посмотри на него! - она упиралась руками в бока и визгливым голосом кричала в сторону кухни. - Лежит, понимаешь ли! Трагедия у него!
читать дальше

@темы: Авторское, Любовь, Разлука, Смерть, Суицид

01:16 

Deacon.
Его клинок по прочности как вера и легкий как писателя перо
Город двоится в лужах. Смотрит близнец на крыши,
Молча, считает капли, чтобы скорей уснуть.
Вне коридора улиц, в желтой квадратной нише,
Кто-то забыл фигурку в старый ларец смахнуть.

Стрелки меняют числа. В вихре пустых свиданий
С дюжиной кавалеров - сотни часов подряд.
читать дальше

@темы: Авторское, Город, Любовь, Мысли вслух, Стихи, Творчество, Философия, Чувства

01:13 

Deacon.
Его клинок по прочности как вера и легкий как писателя перо
Небо разорвано. Нитки украдены.
в сердце - дыра с Марианскую впадину.
Есть сигарета - прижечь, и забудется.
Рана затянется? Дальше полюбится?
Доктор кивает. Проблема исчерпана.
Время куплю без рецепта, наверное.
читать дальше

@темы: Авторское, Болезнь, Воспоминания, Грустное, Любовь, Мысли вслух, Настроение, Предательство, Разлука, Разное, Стихи, Творчество, Философия, Чувства, Я

19:57 

Королевство

Dexr
Дай мне сойти с ума, ведь с безумца и спроса нет!
- Я тебя убью.
Как много может решить одна фраза. Усмешка на бледном измождённом лице. Он знал, что это ложь. Ложь. потому что он ударит первым. И убьёт тоже он.
читать дальше

@темы: Авторское, Смерть

21:56 

Don_Shymoda
The pilot called Pilot
Ты знаешь, что такое дерево? Это граф, в котором отсутствуют циклы…
Я всегда представлял себе это как ломаную линию, которая всеми силами старается сложиться в треугольник, но… не может.
Не судьба. Видимо, во всех этих математико-геометрических штуках тоже есть место хаосу или чему-то такому. Или это я излишне романтичен.
Теперь, когда я все понимаю, мне грустно. Ведь очень это, на самом деле, печально, жить в постоянном отвращении и скуке.
Я не вижу смысла в том, что делаю, потому что не хочу никого заставлять что-то делать, не хочу изменять что-то, потому что мое время, драгоценное время, которое я мог бы потратить на то, чтобы вылечить себя, ушло.
читать дальше

@темы: Авторское, Болезнь, Грустное, Рассказ, Смерть

21:38 

БОЛЬНОЕ РАЗОЧАРОВАНИЕ

читать дальше

@темы: Авторское

21:37 

БЕЗВКУСНАЯ КОСМЕТИКА

читать дальшещему.

@темы: Авторское

15:24 

Deacon.
Его клинок по прочности как вера и легкий как писателя перо
Мой лорд, сегодня на часах – обрывки ночи.
Свечу позволите зажечь? Здесь слишком мрачно.
Один, на скрипке сквозняков, молитву «Отче…»
Вы повторяете опять, и это страшно.

Мой лорд, поесть бы Вам чуток, в вине нет истин.
Под звон хрустальной тишины, за что Вы пьёте?
Сейчас весь Лондон за окном в осенних листьях,
А Вы всё августом потерянным живете.

читать дальше

@темы: Смерть, Разлука, Настроение, Мысли вслух, Личное, Грустное, Воспоминания, Авторское, Стихи, Творчество, Философия, Чувства

14:39 

::Город прошлых лет:: глава 1

Tonny_Sheanen
Мойте мозги порошком!
Название: Город Прошлых лет

Автор: tonny_sheanen

Жанр: роман, драма

Краткое описание: 1920 год. В Америке полным ходом идет борьба с алкоголем. Однако никто не собирается ни закрывать питейные заведения, ни бросать пить.

читать дальше

@музыка: Альфред Шнитке – Безумие

@темы: Авторское, Город, Литература, Мафия

Рассказы с плохим концом

главная